— Ничего, я подожду, полгодика… ну год, ладно. Ты же сама слышала все…

— Я, если честно, несколько по-другому представляла себе твою семью. Извини, пожалуйста. Ты говорила, что ладишь с Милой.

— Ну да, лажу… ладила. Просто сейчас, этим летом она все чаще стала говорить, что мне пора замуж, даже вот женихов мне ищет! Достала! Будто я сама себе не могу найти никого!

— Что-то изменилось?

— Похоже, — пожимаю плечами. — Может, из-за близнецов? У них школа частная, а это бабки, от нянь же Мила отказываться не будет. Да тут еще и ремонт, и тачку, которую я хочу… Наверняка хочет пристроить меня к кому-то, чтобы я не мельтешила перед глазами и деньги из отца не тянула.

— Ну… это же совпадает с твоими… планами.

— Совпадает, совпадает! Только непонятно пока, как это сделать…

Вижу в Варькиных глазах жалость. Ненавижу этот взгляд, меня не нужно жалеть. У меня все хорошо. А будет еще лучше.

Вечером, когда уже ложились спать, пришла Мила. Извиниться. Якобы она ничего не знала об этих педиках. Ага. Мила. Да она про всех все знает. Это у нее я научилась собирать всю информацию о тех, кто мне нужен. Наверняка, все про отца выведала перед тем как случайно с ним столкнуться на ярмарке.

— Я же о тебе забочусь, Мань, — обнимает меня за шею. — Ты у меня такая красавица, умница. Тебе нужен соответствующий уровень жизни.

Вот не просто же так пришла, задницей чую, что-то происходит!

— Да меня все устраивает, и уровень жизни тоже. Мне хватает, сколько папа дает. Сейчас, конечно, хреново, что без квартиры по сути, ну так к сентябрю там все сделают. Куда мне торопиться-то?

Она аж в лице изменилась. Ну точно слить меня решила из родительского дома. Чую, сошлет меня на чердак, как Золушку, чечевицу перебирать или что там еще делала эта лицемерная сучка.

— Машуль, сейчас непростая ситуация, у папы не очень с бизнесом…

— Чего? — Даже не стараюсь делать вид, что могу поверить в эту чушь. — Да он только и говорит про аренду новую. — Чего непростого-то?!


— Ты многого не знаешь, мы не хотели тебе говорить… — Мила смотрит так, как только она умеет. Я этот взгляд ее называю «хочешь-не хочешь, но почку мне свою отдашь»! — У ребят проблемы… ну с их «основным бизнесом»… Ты же прекрасно понимаешь, что мы не могли бы жить так, как живем, если б не помощь Толика и Игоря.

— Ну так просвети меня!

— Зачем тебе это, Маш? То, что тебе надо знать, так это то, что папе придется урезать твое содержание с нового учебного года. Ты не волнуйся — квартиру тебе отремонтируют, но вот дальше…

Та-а-к! Значит, и тачка моя накрылась медным тазом?!

— Помощь?! Ты так называешь то, что они сделали?

— Да мы и половину не могли бы позволить себе без них! Послушай, это жизнь. Деньги просто так не даются. Кто-то клиентов обманывает, кто-то ненужный товар впаривает, кто-то кредиты дает.

— А кто-то наркотой торгует! Ты понимаешь, что если что, то первым пострадает папа! Не ты, не я, не эти козлы. А он, Мила!

— Не смей ему ничего говорить! — Всегда спокойная Мила вдруг перешла на крик. Ого! Такой я ее еще не видела. — Тогда конец всем нам!

Встала с кресла, прошлась по комнате.

— Значит так, Маша, детство кончилось. Без денег, конечно, не останешься, но аппетиты свои поумерь. Тебе почти двадцать! Пора начать себя обеспечивать. Самой!

— А ты сама не хочешь пойти работать, а? Я вообще-то учусь на дневном. Ты же учитель музыки, да? Ну так иди, учи! Нянек, поди, увольнять не будешь?!

Еще чуть-чуть и в волосы ей вцеплюсь. Вот дрянь-то! А как прыгала вокруг меня, когда тут появилась, разве что в жопу не целовала!

— Ты за меня не беспокойся, про себя лучше думай. — Вдруг снова улыбается. — Манюнь, ну у тебя такая подружка правильная. Столько вариантов. Ну не получилось с Ледневым, ладно, хотя я на твоем месте все равно бы попробовала… Но у него должно быть столько друзей, таких, как он. Чего ты тут сидишь, Маша? Возвращайся в город!

Глава 4. «Где я, а где работа»?

… I've become so numb, I can't feel you there

Become so tired, so much more aware

By becoming this all I want to do

Is be more like me and be less like you…

Врубила в наушниках на полную мощность Linking Park. Тащусь от этой песни, вроде и не про меня, совсем не про меня, но когда херово, всегда слушаю… Кажется, у меня больше нет семьи.

Мила, конечно, слила меня, хотя чего было ждать, она всегда себе на уме. Я даже восхищалась, как виртуозно она заставляет весь мир крутиться вокруг себя. Тоже так хочу. Но кто ж думал, что она и по мне пройдется?! Поговорить с папой? Да, наверное. Что вообще происходит?! Или лучше у Игоря узнать? Ненавижу этого урода, опять небось приставать начнет. Что делать-то?! Леха — вариант стратегически верный, если карту правильно разыграть. Но вряд ли я управлюсь с ним за пару месяцев. А деньги нужны сейчас. Может, и правда, свалить отсюда, но тогда тачки точно не видать, а Мила так отца обработает, что вообще без трусов останусь. Вот же сука! Еще и Айса отбить у Барсуковой предложила, тварь! Ладно, разберусь, она еще пожалеет, что так со мной обошлась!

Так, а где все-таки Варька? Полчаса как убежала в сад болтать с Айсом. Только вчера приехала ведь, с утра уже дважды звонил! Ну точно! Сидит в беседке, воркует. А лицо-то… счастливое какое, до одурения! Пойду отсюда, на фиг!

— Маш, ты куда? — Бежит за мной по дорожке. — Я уже все!

— Что, соскучилась за один день?!

— Ну ты чего? Он просто позвонил…

— Ага, просто!

Хватаю с веранды сумку, надо уйти отсюда, а то сейчас потеряю единственного человека, который у меня остался. Плетется за мной уже метров триста, но не подходит. Знает меня как облупленную. И я ее знаю.

— Ладно, иди сюда, дура моя влюбленная!

Обнимаю Варьку, все-таки хорошо, что она приехала!

— А ты уверена, что она не наврала? Может, с папой все-таки поговорить?

Мы сидим в уличном кафе. У нас в городке их не так много, но все-таки есть. Это — одно из самых приличных заведений в городе. По местным меркам, очень дорогое, а для меня копейки… Хотя, как посмотреть сейчас.

— Надо, конечно. Но он все равно реальной ситуации не знает.

Нам приносят кофе и круассаны. Тесто заказала Барсукова. Вообще, эта девочка рушит мне все заводские настройки. Она почти не красится, ест всякую вредную хрень, одевается, как подросток. И самый крутой парень из всех, кого я знаю, с нее пылинки сдувает. Почему так?!

— У тебя есть какие-то сбережения, Мань? — Чуть кофе не поперхнулась.

— Смеешься? Зачем?! Папа исправно каждый месяц по сорок штук переводит. Когда деньги кончаются, я карту беру кредитную…

— То есть сорок тысяч тебе не хватает? Закатываю глаза, все-таки Барсукова иногда бесит!

— Варь, ты хоть знаешь, сколько моя одежда стоит? А сумки? Косметика? А фитнесс? А «косметичка», а волосы?! Я не могу ходить в одном и том же… Клубы опять-таки…

— Я думала, там девушки не платят за себя…

— Ну по-разному бывает. — Не рассказывать же ей, что я часто сама за всех плачу. В нашей компании я самая денежная. Была, наверное.

— Мань, ты только не ори, хорошо? — Начало такое, что ничего хорошего от зануды не жди. — А ты не думала и правда работать?

Где я, а где работа? Я что, лошадь?! Да меня вообще все сгнобят!

— Варь, ты думай вообще, что говоришь! Я не хочу, как мать, в сорок лет на кладбище оказаться!

— Не все, кто работает, умирают молодыми.

— Скажи еще, что они живут вечно. — Фыркаю. — Все! Закрыли тему! Ешь свои круассаны и давай в центр заскочим. Я там босоножки присмотрела…

Вечером снова едем купаться. С нами Мила увязалась. Хотела послать ее, но вовремя сдержалась. Все-таки патлы повыдергивать я ей всегда успею, а вот тачка и папины бабки мне сейчас куда нужнее. Вот дура она, пытается к Барсуковой прилипнуть. Думает, перепадет что от такого знакомства. Но я помалкиваю. На пляже дофига народа, по местным меркам, конечно. Есть даже знакомые.

— Привет, красавицы! — к нам подходит Игоряша, пытается поцеловать в щеку. Отпихиваю идиота. — Он ржет и приобнимает Милу за талию. Вижу, ей неприятно, но она терпит.

С песка поднимается Толя, это еще один папин зам, он у них главный. На самом деле он контролирует все финансы у отца, то есть лучше других знает, что происходит в пекарне. Если и спрашивать, то у него.

— Присаживайтесь к нам.

На лежаках рядом расположились еще двое мужчин и трое девушек. Девушек — это так бы Варюха сказала, я же говорю, что это были три довольно известные в узких кругах бляди. Дорогие девки, ничего не скажешь, но все равно бляди. Улыбнулись нам так, как только могут улыбнуться при виде, как к их мужчинам подходят три бабы. Ничего, потерпят. Из чьего-то айфона кричит Loboda. Кажется, ее последний хит.

Варька садиться к ним не хочет, вижу по глазам, не нравится ей тут. Смотрю на нее умоляющим взглядом, разве что ладони у груди не сложила…. Ну вот, другое дело.



Поделитесь ссылкой в социальных сетях: