Виталий Абанов
АБСОЛЮТНЫЙ РАСТВОРИТЕЛЬ

(офис № 7)

— Ничего не происходит, — сказал Грегор, внимательно изучая бурую жидкость, налитую в большую литровую колбу.

— Имей терпение. Это же прорыв века, — ответил Стоун.

— Прорыв века? Больше похоже на кисель. Бурый. — Грегор потыкал в бурую субстанцию золотым самопишущим пером «паркер». Перо осталось без изменений. Субстанция тоже. Грегор повернулся к Стоуну и поднял бровь.

— Ээ, не смотри на меня так, Грегор, ты же знаешь, что я не выношу, когда ты так смотришь. Это прорыв века и величайшее открытие в истории человечества после изобретения тостеров и одеяла с подогревом.

— Двести пятьдесят тысяч, — заметил Грегор, разглядывая литровую колбу.

— Двести пятьдесят тысяч, — повторил он, обойдя колбу и заглянув в нее с другой стороны: — двести пятьдесят тысяч кредитов и сорок дней работы. Сорок дней… мисс Барнс!

— Да, мистер Грегор?

— Сколько всего этот тип должен был сделать на прошлой неделе?

— Сейчас, мистер Грегор, — секретарша достала небольшую книжечку.

— Встреча с представителями «Австралия Трэйдинг Экспресс» в понедельник с утра, деловой ужин с Ивановым вечером, во вторник отчет перед собранием акционеров по перерасходу бюджета в прошлом году, помните, по поводу той яхты…

— Мани-Пени! — поморщился Стоун: — это даже и не яхта, а так… небольшая лодочка, просто у нее повышенные ходовые качества и каюты класса люкс…

— Встреча с представителями профсоюза угольных шахт мистера Лепински в среду, — безжалостно продолжала Мани-Пени.

— Не такие уж и серьезные у них требования… — сказал Стоун, отводя глаза в сторону.

— Повышение заработной платы на сорок процентов и социальные пособия для всех владельцев собак и кошек, а также специалистов с повышенной пигментацией кожи.

— С пигментацией? — удивился Стоун.

— Тех, у кого родинки есть, — пояснила Мани-Пени.

— И мы должны платить им за родинки?! Вот еще!

— Мы уже платим им за родинки. А еще тем, кто содержит два или более кактуса в своем кабинете, за внесение посильного вклада в озеленение планеты. А все по твоей милости. — Грегор еще раз ткнул своим «паркером» в колбу: — и по милости вот этой вот… что это? Шампунь от блох? Средство от полысения? Философский камень? — Грегор пожал плечами и собрался положить ручку в карман.

— Постой, — сказал Стоун, — это же растворитель.

— Что?

— Это растворитель.

— Растворитель, да? — Грегор уставился на свой «паркер».

— Универсальный. То есть абсолютный. Он растворяет абсолютно все, ты не поверишь, но это просто прорыв века!

— Растворяет все? — Грегор снова изучил свой «паркер». Ничего не растворялось.

— Мисс Барнс!

— Да, мистер Грегор.

— Нам придется списать двести пятьдесят тысяч с нашего актива. И придумать какую-нибудь болезнь для мистера Стоуна. Надо же объяснить совету акционеров, чем он занимался все это время.

— Может скажем им правду, сэр?

— Нет, мы не можем сказать, что он сошел с ума, придумывая абсолютный растворитель. Или философский камень. Или пытаясь превратить свинец в золото. Это будет слишком…

— Между прочим это прорыв века!

— Тогда я запишу, что у него была ветрянка, сэр. У моей сестры была ветрянка. Все лицо было в таких оспинках…

— Хорошо, мисс Барнс. Вы как всегда очень исполнительны.

— Это абсолютный растворитель! Мы можем запатентовать его и продавать по цене в десять пятьдесят за бутылку! Себестоимость продукта составляет всего…

— А двести пятьдесят тысяч мы можем списать на деятельность мистера Лепински, сэр.

— Хм, а ведь это идея.

— Всего два сорок по сырью, а если брать в расчет работу и аренду помещений, а также расход электроэнергии…

— И вызовите такси, мисс Барнс, я отвезу этого клоуна к парикмахеру. Не может же он появиться на собрании акционеров в таком виде.

— Да, сэр. Я уже договорилась с мастером. Височки косые, прямые?

— Пожалуй косые. Прямые слишком консервативно. Или спросить у него самого? Стоун, тебе какие височки?

— Какие височки?! Я изобрел Абсолют!

— Косые, да, мисс Барнс, определенно косые.

— Определенно, сэр.

— Я не поеду к парикмахеру!

— Мистер Грегор… — сказала Мани-Пени таким голосом, что Грегор поневоле оглянулся.

— Мистер Грегор, посмотрите туда, — она показала на стол. Там, на краю стола лежала ручка Грегора. Вернее то, что осталось от ручки Грегора. Золотой «паркер» наполовину превратился в буроватую лужицу.

— Вот черт… — сказал Грегор, приближаясь к столу.

— Не трогай! — схватил его за руку Стоун.

— Что? Но почему…

— Это же АБСОЛЮТНЫЙ РАСТВОРИТЕЛЬ, болван. Ему все равно что растворять. Он и руку тебе растворит без проблем. Не трогай.

— Но это моя ручка!

— Лучше остаться без ручки, чем без руки, — пожал плечами Стоун. Они некоторое время заворожено смотрели, как ручка тает в бурой лужице, словно ледышка в горячей воде.

— Так, — сказал Грегор, когда ручка целиком исчезла.

— Что так? — спросил Стоун.

— Ты сделал растворитель.

— Да, я сделал растворитель, Грегор.

— Оно растворило вашу ручку, мистер Грегор!

— Я вижу, мисс Барнс.

— Вот, видите! Это супер-мега-экстра проект нашей компании! И он удался!

— Это, что, какая-то кислота?

— Грегор, ты самый тупоголовый человек, которого я когда либо видел! Это — Абсолютный растворитель!

— И… что он может?

— Он растворяет все. То есть ВСЕ!

— Ой, моя шляпка!

— Мани-Пени назад!

— Но моя шляпка!

— Он растворяет и шляпки.

— Мисс Барнс мы выплатим вам компенсацию.

— Мне не нужна компенсация. Мне нужна шляпка!

— Да вы что?! Вы не видите, какие перспективы это открывает перед нашей компанией? Это эффективнее любой кислоты, заменит царскую водку у ювелиров, уксус и соду у домохозяек, сделает процессы демонтажа зданий проще и безопаснее!

— Хм…

— И с помощью этого растворителя можно удалять пятна с одежды, нагар со свечей зажигания, ржавчину с металлических деталей и…

— Это была очень хорошая шляпка…

— Мисс Барнс прекратите немедленно. Мы купим вам новую шляпку. Стоун, но как ты видишь использование вот этого в качестве пятновыводителя? Оно уже проело стол насквозь. Материя будет растворена вместе с пятнами!

— Нет. Просто нужно сперва прыснуть растворителя. А потом, как только нужный результат будет достигнут — омыть поверхность нейтрализатором.

— Ага. Вот как. — Грегор помолчал изучая дыру в столе, которая увеличивалась в размерах, и пятно на полу под ней.

— Ладно. Полагаю, что нам необходимо извиниться перед тобой. Ты действительно изобрел что-то из ряда вон.

— Ага!

— И я буду не я, если мы не извлечем из этого прибыль. Нужно только грамотно спланировать нашу стратегию. Мисс Барнс!

— Да, мистер Грегор.

— Прекратите всхлипывать. Это была всего лишь шляпка.

— Д-да, мистер Грегор.

— И нам будет нужна патентная комиссия. И нотариус.

— А мне нужно кофе!

— Мисс Барнс, и приготовьте ему кофе, не сочтите за труд.

— Хорошо, мистер Грегор, но…

— Мы купим вам новую шляпку, уверяю вас. И хотя она никогда не заменит вам прежнюю, павшую при трагических обстоятельствах, думаю, что сумма компенсации частично смягчит вашу рану. — Грегор проследил, как Мани-Пени вышла на кухню и сел на стул.

— Вот видишь, как ты был несправедлив ко мне, — сказал Стоун.

— Я уже принес свои извинения. Скажи мне, эта твоя штуковина действительно растворяет все?

— Да.

— Угу. И стекло тоже? — Грегор указал на литровую колбу с растворителем. Наступило молчание.

— Вообще-то говоря… — сказал Стоун, глядя, как колба проседает ниже и ниже: — я об этом не подумал. Может быть он не разъедает стекло, а? — они посмотрели на колбу и Стоун вздохнул: — Нет, все-таки разъедает.

— Я понимаю твою склонность к театральным эффектам, Стоун, но может быть настало время опрыскать эту дрянь нейтрализатором?

— Нейтрализатор, он, эээ, пока существует в теории, Грегор.

— Что?

— Понимаешь, идеи не растут на деревьях, мне один растворитель в кучу седых волос обошелся.

— Ага. То есть у нас нет нейтрализатора?

— Именно.

— Ваш кофе, мистер Стоун… ой! Что это?!

— Это его абсолютный растворитель. Если бы ты жил в многоэтажном доме, тебе выставили бы иск. Вон какая дыра в полу.

— Эээ, ничего страшного, Грегор. Просто дыра.

— Да? А на мой взгляд она постепенно увеличивается.

— Мистер Стоун, у вас есть погреб?

— Да Мани-Пени, есть.

— Никогда бы не подумала, — секретарша заглянула в дыру, и спросила: — а что за бочки стоят у стены? На вид как будто…

— Это винные бочки, мисс Барнс. Наш гений сейчас лишится своего винного погреба.

— Это просто вино. Правда оно довольно хорошее… признаться я испытываю противоречивые чувства, Грегор.



Поделитесь ссылкой в социальных сетях: