read2read.net / Проза / Современная проза / автора б. / Книга «АМЕРИКАНСКИЕ МЕМУАРЫ»


Нет никаких сомнений, что древний наследник Арийской славы, не раз ходивший тропами Будды и запеленатый в простынь только ради того чтобы не пугать общественность наличием шести рук, как у Шивы, ответил бы мне достойно, если бы хоть слово понимал по-английски. Он вообще ничего не понимал по-английски!!!

Но мы все равно с ним поговорили. Вы скажете – пьяный бред. Хрен вам! Да, был выпимши, скрывать не буду, но, оказывается, русский язык действительно имеет очень много общего с санскритом. Мы творчески, при помощи мимики и жестов, побеседовали с Махатмой (я спросил, как его зовут, но не помню, пусть будет Махатма) и расстались совершеннейшими корешками. За это время я досушил напиток, и мне показалось, что я с рождения говорю на санскрите. Мы даже чертили какие-то схемы, но не помню ни сипа по поводу чего, а, главное, зачем.

- Хинду-русип хайп-хайп!!! – я долго жал Махатме маленькую лапку и оставил его и далее предаваться созерцанию того безобразия, что творится в нашем мире.

Предполагаю, что, набравшись мудрости, я нашел в себе силы форсировать Первую дорогу, а затем незамедлительно окуклился на газончике, предаваясь мечтам и уплывая в нирвану.

…Домой (точнее, в то место, где я ночевал год) я шел долго. Состояние это, судорожное, полупохмельное, до невообразимого угарное, не покидало меня до самого прилета в родимую мою страну.


Часть 3. Швейцарские авиалинии. Вход заказан.

А дальше было так. Наступил день 21 сентября, день отлета. День бегства из ада. День, когда я плюнул на все, в чем варился год. Священная среда. В моей любимой Москве уже наготове сидел штурмовой отряд в лице Кузьмича и Пузыря, который должен был меня встречать в международном аэропорту Домодедово.

Я не смогу передать весь тот экстаз, который я испытывал. И не буду. Потому как, во-первых, его не передать, не обозначить буковками, а, во-вторых, я просто-напросто ни хрена не помню. Я вообще до Цюриха ничего не помню.

Наверное было так. В аэропорте Нью-Арка я прошел все кордоны и препятствия, чинимые чиновниками загнивающей империалистической машины таким славным парням, как я. Погрузившись в удобное кресло (это оно первые полчаса удобное, а потом начинает ломить спину, затекает жопа и вообще очень хочется курить. Я вообще не понимаю, как это – забота о правах некурящих привела к тому, что люди курящие тратят столько нервных клеток при длинных перелетах. В аэропортах тоже курить нельзя. Такая вот демократия. Как, значит, в дупло долбиться и ходить по улицам, демонстрируя, как тебя отымели в очко – так это демократическое завоевание, а вот курение на отлично вентилируемых бортах – это, значит, никак в общечеловеческие ценности не вписывается. Всегда и всюду защита прав одних приводит к ущемлению в правах других. Я вот оказался в когорте «других»), я, судя по всему, достал припасенную на дорожку бутылочку Смирноффки и потихоньку ее почти всю выпил. «Мальчики-девочки, я на Родину лечу!!!»

В Цюрихе была пересадка на рейс до Москвы, разрыв составлял пару часов. Теперь небольшое отступление, чтобы вы поняли все произошедшее далее. С недавнего времени тебя имеют право не пускать на борт, если ты пьян. Раньше, то есть (я летал много, и никогда трезвым до 2005 года) можно было сколько угодно гадски обожраться калдырки – ты заплатил денег и тебя не могут не пустить. Теперь все изменилось, и придирчивые чучела тебя осматривают, обнюхивают и принимают решение, можешь ты за свои деньги лететь или нет. Круто, да? Еще одна прелесть демократии вам на закуску. Скоро, блин, придешь в гаштет, скажешь: «мне супу», а тебе общечеловек ответит: «извините, но вы лысый, на основании этого я делаю вывод о вашей возможной причастности к крайне правым националистическим кругам и суп я вам не продам до момента полной проверки вашей личности и выдачи вам специального разрешения на приобретение нашего супа». Короче говоря, на борт, который летел до Москвы пройти-то я прошел, даже сел в кресло, но когда, еще в момент загрузки пассажиров, я достал недопитую литровую бутылку водки, встал, обвел всех суетящихся ублюдков мутным красным взором, заорал «ЗА РУСЬ!!!» и сделал увесистый глоток напитка прямо из сопла, ко мне тут же подошли стюард с командиром воздушного корабля и попросили угомониться, иначе «мы вызовем полицию».

Естественно в этот торжественный момент ничто не могло омрачить моего космически-райского состояния, и я попросту послал командира корабля, и всех присутствующих нахуй. И сел в кресло. Ух, хороша!!!

А полиция-то пришла, друзья мои!!! Трое хануриков дико скрутили вашего покорного слугу и с заломанными руками вывели из воздушного судна. Естественно, я и не пытался оказывать сопротивления. Скорее всего осталась толика разума в воспаленных испитых мозгах.

- Вы не полетите этим рейсом, - говорил мне один из хануриков уже в здании аэропорта, крутя в руках мой билет.

- И как же мне теперь прикажете лететь? У меня ни копейки денег, - я пытался стоять прямо.

- Вот вам посадочный талон на рейс вечером. Пятые ворота, они вас возьмут на борт только если будут свободные места.

- А, отлично-отлично. Тогда я тут еще потусуюсь, - конец фразы про свободные места я тут же забыл, и браво схватив свою, заметьте, свою недопитую бутылку водки, я презрительно осмотрел акабов и пошел прямо. Было утро 22 сентября.

Мощный штурмовой отряд в лице Кузьмича и Пузыря выехал встречать меня в Домодедово… Как вы можете представить, я не прилетел рейсом швейцарских авиалиний… В Москве начиналась паника, организованная совместными усилиями моей матушки и моего дедушки. Штурмовой отряд в лице Кузьмича и Пузыря не терял времени даром, употребляя всевозможные напитки и терял потихоньку боевой настрой. Когда я не прилетел и вторым рейсом из Цюриха, штурмовики выехали к дому с печальной новостью о захвате меня в качестве заложника империалистической и с виду нейтральной Швейцарии.

В это время второй штурмовой отряд в лице Графа, Коффа и КВД начинал готовится к встрече эмигранта 88-й волны. По этому поводу было закуплено очень много алкоголя в близлежащем магазине «А-Маркет», штурмовики второй волны расположились на лавочке во дворе дома, где я живу и стали караулить подходы.

Всего этого я, естественно, не знал, потому как весь день 22 сентября мирно проспал в международном аэропорту города Цюрих на лавочке, положив под голову рюкзак и обмотав свисающую с лавки руку ремнем от маленькой квадратной сумочки, в которой ехало порядка 60 дисков со всевозможной вайт пауэр музыкой.

Чувствовал я себя не очень хорошо, потому как понимал все-таки остатком сознания, что вечером мне надо быть трезвым, иначе чертовы ублюдки опять меня не пустят в истребитель, и придется мне валандаться в этой дурацкой Швейцарии хрен знает сколько. Выданный акабом талон я прижимал в сердцу.

Вечерком я проснулся, сладко потянулся, удостоверился, что швейцары ничего не спиздили, шумно и мокро умылся в сортире, прополоскал рот, который напоминал помойку, выпил грамм сто для храбрости и пошел к 5-м воротам.

- Вы не зарегистрированы на этот рейс, - сказала мне симпатичная тварь за стойкой, когда подошла моя очередь грузиться, внимательно осмотрев мои документы.

- Да, но акабы сказали, что я смогу улететь этим рейсом!

- Я ничего не могу поделать, идите к информационной стойке.

- Будь ты проклята отныне и во веки веков!

Последняя фраза была сказана на чистейшем русском, естественно. Я поперся к главной информационной стойке, за которой стояла тетушка размером со Шварценеггера и рожей, больше напоминающей кирпич. Вкратце изложив ей суть проблемы, я потребовал, чтобы она меня дико отправила в Москву любым рейсом, хоть израильских Эль-Аль! И знаете что?

- Да, все верно. Вы не сможете улететь рейсом швейцарских авиалиний ни сегодня, ни в будущем. Швейцарские авиалинии отказываются перевозить вас (вы только представьте себе!!! Ебать, я велик!) из-за вашего поведения на борту. Ваше имя занесено в компьютер.

- Уважаемая, мне глубоко насрать на ваши швейцарские авиалинии. Моя цель – долететь до Москвы. Что мне для этого нужно сделать?

- Вам придется купить на рейс какой-либо другой авиакомпании…

- Но, поймите, у меня с собой пара сотен баксов. Этого явно не хватит на билет.

- Я ничего не могу поделать.

- Хорошо, когда ближайший рейс? И сколько стоит этот чертов билет?

- Ближайший утром, 23 сентября, АЭРОФЛОТ. Билет стоит, одну минуточку, 650 долларов.


read2read.net / Проза / Современная проза / автора б. / Книга «АМЕРИКАНСКИЕ МЕМУАРЫ»

Поделитесь ссылкой в социальных сетях: