read2read.net / Проза / Проза / Поэзия / Драматургия / / Ануй Ж. / Книга «Антигона»



Входит КРЕОН.


КРЕОН(останавливается, удивленный). Что это значит? Дурачье! (Антигоне.) Где они тебя задержали?

СТРАЖНИК. У трупа, начальник.

КРЕОН. Что ты собиралась делать у тела своего брата? Ты же знаешь, что я запретил к нему приближаться!

СТРАЖНИК. Что она делала, начальник? Она рыла землю руками. Посмела снова закапывать труп.

КРЕОН. А ты-то сам понял, что сказал?

СТРАЖНИК. Можете спросить у остальных, начальник. Когда я вернулся туда, труп очистили от земли; но солнце сильно припекало, и он уже начал попахивать, вот мы и стали неподалеку за пригорком с подветренной стороны. Мы решили, что ничем не рискуем среди бела дня. Но на всякий случай — для большей надежности — сговорились по очереди посматривать, все ли в порядке. Но в полдень, когда солнце палило вовсю, а ветер стих, труп стал вонять еще больше, и мы совсем очумели. Сколько ни таращил я глаза, все кругом дрожало, точно студень, я ни черта не видел. Подошел к товарищу за табачком, думал, пройдет… Не успел заложить табак за щеку не успел сказать спасибо, обернулся — глядь, она роет землю прямо руками.

Среди бела-то дня! Неужели она воображала, что ее не заметят? А когда увидела, что я бегу за ней, думаете, она остановилась, попыталась удрать? Как бы не так! Продолжала рыть изо всех сил, прямо как бешеная, словно и не видела, что я подхожу. Когда я ее схватил, она, чертовка, отбивалась, все рвалась к трупу, требовала, чтобы я ее отпустил, потому что тело, мол, еще не покрыто землей. Она сумасшедшая…

КРЕОН (Антигоне). Это правда?

АНТИГОНА. Да, правда.

КРЕОН. А ночью, первый раз, тоже была ты?

АНТИГОНА. Да, я. У меня была железная лопатка, которой мы летом копали песок. Это была как раз лопатка Полиника. Он вырезал ножом свое имя на ручке. Поэтому я оставила ее возле его тела. Но они забрали ее. Вот тогда во второй раз мне и пришлось рыть землю руками.

СТРАЖНИК. Впору был подумать, что какой-то зверек роет землю! Когда Дюран взглянул туда — а воздух дрожал от зноя, — он мне сказал: «Да нет, это какой-то зверь». А я ему ответил: «Скажешь тоже, разве зверь может такое делать? Это девочка».

КРЕОН. Ладно, ладно. Если понадобится, вы все это изложите в рапорте. А сейчас оставьте меня с нею наедине.

СТРАЖНИК. Наручники, начальник?..

ВСЕ. Нет.


СТРАЖНИКИ выходят.

КРЕОН и АНТИГОНА остаются вдвоем.


КРЕОН. Ты кому-нибудь говорила о том, что задумала?

АНТИГОНА. Нет.

КРЕОН. А когда шла туда, тебе никто не встретился?

АНТИГОНА. Нет, никто.

КРЕОН. Ты в этом уверена?

АНТИГОНА. Да.

КРЕОН. Ну так слушай: ты вернешься к себе, ляжешь в постель и скажешь, что заболела, что никуда не выходила со вчерашнего дня. Кормилица это подтвердит. А этих троих я уберу.

АНТИГОНА. Зачем? Ведь вы прекрасно знаете, что я снова примусь за прежнее.


Пауза. Они смотрят друг на друга.


КРЕОН. Почему ты пыталась похоронить брата?

АНТИГОНА. Это мой долг.

КРЕОН. Но ведь я запретил!

АНТИГОНА(тихо). И все-таки я должна была это сделать. Тени непогребенных вечно блуждают, нигде не находят покоя. Если бы мой брат был жив и вернулся усталый после долгой охоты, я бы разула его, дала бы ему поесть, приготовила постель… Последняя охота Полиника окончена. Он возвращается домой, его ждут отец, мать и Этеокл. Он имеет право отдохнуть.

КРЕОН. Параграф восьмой, страница 84, издательство «Высшей французской школы». Он был бунтовщик и предатель, ты это знала!

АНТИГОНА. Он был мой брат.

КРЕОН. Ты слышала, как на всех перекрестках читали мой эдикт, ты видела, что он вывешен на всех городских стенах?

АНТИГОНА. Да.

КРЕОН. Ты знала, какая участь ждет каждого, кем бы он ни был, если он осмелится воздать телу Полиника погребальные почести?

АНТИГОНА. Да, знала.

КРЕОН. Ты, может быть, думала, что раз ты дочь Эдипа, дочь гордого царя Эдипа, то для тебя закон не писан?

АНТИГОНА. Нет, я этого не думала.

КРЕОН. Закон прежде всего существует для тебя, Антигона, прежде всего для царских дочерей!

АНТИГОНА. Если бы я была служанкой, и вдруг услышала, как читают эдикт, я вытерла бы грязные руки и, не снимая фартука, пошла хоронить брата.

КРЕОН. Неправда. Если бы ты была служанкой, ты не сомневалась бы, что тебя казнят, и оплакивала бы своего брата дома. А ты рассудила так: ты царской крови, моя племянница, невеста моего сына, и что бы ни случилось, я не осмелюсь тебя казнить.

АНТИГОНА
Чего ж ты медлишь? Мне твои слова
Не по душе и по душе не будут.
Тебе ж противны действия мои.
Но есть ли для меня превыше слава,
Чем погребенье брата своего?
И все они одобрили б меня.
Когда б им страх не сковывал уста,
Одна из преимуществ у царя
И говорить и действовать как хочет.
КРЕОН
Из граждан всех одна ты мыслишь так.
АНТИГОНА
Со мной и старцы, да сказать не смеют.
КРЕОН
Тебе не стыдно думать с ними розно?
АНТИГОНА
Чтить кровных братьев — в этом нет стыда.
КРЕОН
А тот, убитый им, тебе не брат?
АНТИГОНА
Брат — общие у нас отец и мать.
КРЕОН
За что ж его ты чтишь непочитаньем?
АНТИГОНА
Не подтвердит умершей этих слов.
КРЕОН
Ты больше почитаешь нечестивца.
АНТИГОНА
Но он — мой брат, не раб какой-нибудь.
КРЕОН
Опустошитель Фив… А тот — защитник!
АНТИГОНА
Один закон Аида для обоих.
КРЕОН
Честь разная для добрых и для злых.
АНТИГОНА
Благочестиво ль это в царстве мертвых?
КРЕОН
Не станет другом враг и после смерти.
АНТИГОНА
Я рождена любить, не ненавидеть.

КРЕОН. Верю, верю, ты — Антигона. Так вот, слушай меня внимательно. Да, ты Антигона, ты дочь Эдипа, но тебе уже двадцать лет, и случись это немного раньше, все уладилось бы очень просто: посадили бы тебя на хлеб и воду и отвесили пару оплеух. (Смотрит на нее улыбаясь.) Казнить тебя? Да ты погляди на себя, воробышек! Слишком уж ты худа. Лучше растолстей немножко, чтобы родить Гемону здорового мальчугана. Уверяю тебя, Фивам он нужнее, чем твоя смерть. Ты сейчас же вернешься к себе, сделаешь так, как я тебе велел, и будешь молчать. О том, чтобы молчали остальные, позабочусь я сам. Ты, конечно, считаешь меня человеком грубым, думаешь, что я не способен на высокие чувства. Но я все-таки очень люблю тебя, несмотря на твой скверный характер. Не забудь, что первую куклу подарил тебе именно я и было это не так уж давно.


АНТИГОНА, не отвечая, направляется к выходу.


(Останавливает ее.) Антигона! Эта дверь ведет не в твою комнату! Куда ты идешь?

АНТИГОНА.(остановившись, тихо, без рисовки). Вы прекрасно знаете куда…


Пауза. Они продолжают смотреть друг на друга, стоя лицом к лицу.


КРЕОН(шепчет словно про себя). Что это за игра?

АНТИГОНА. Это не игра.

КРЕОН. Разве ты не понимаешь, что если кто-нибудь кроме этих трех дуралеев узнает сейчас, что ты пыталась сделать, я буду вынужден казнить тебя? Если же ты будешь молчать, если откажешься от своего безумного намерения, я еще сумею спасти тебя, но через пять минут я уже не смогу это сделать. Ты понимаешь?

АНТИГОНА. Я должна похоронить тело брата, которое эти люди опять откопали.

КРЕОН. Ты хочешь повторить свой нелепый поступок? Но у тела Полиника стоит стража, и даже если тебе удастся засыпать труп землей, его опять откопают, ты прекрасно знаешь. Что ты можешь сделать? Только обломаешь ногти и дашь себя снова схватить?

АНТИГОНА. Да, ничего другого, я знаю. Но это по крайней мере в моих силах. А делать нужно то, что в твоих силах.

КРЕОН. Так ты в самом деле веришь в погребальный обряд? Веришь, что тень твоего брата будет осуждена на вечные скитания, если не бросить на труп горсть земли, пробормотав при этом обычную молитву жрецов? Ты, конечно, слышала, как фиванские жрецы произносят свои молитвы? Видела, как эти забитые, усталые служители, глотая слова, торопятся кончить церемонию, как они на скорую руку отпевают мертвеца, чтобы до обеда успеть похоронить еще одного?

АНТИГОНА. Да, видела.

КРЕОН. И неужели тебе никогда не приходило в голову, что если бы в гробу лежал человек, которого ты действительно любишь, ты взвыла бы от всего этого? Ты велела бы им замолчать, выгнала бы их.

АНТИГОНА. Да, я думала об этом.

КРЕОН. И все же сейчас ты рискуешь жизнью из-за того, что я запретил совершать над телом твоего брата эту смехотворную церемонию, запретил бормотать над его останками бессмысленные слова, разыгрывать шутовскую пантомиму, от которой тебе первой стало бы и больно и стыдно… Ведь это же нелепо!

АНТИГОНА. Да, нелепо.

КРЕОН. Тогда для кого же ты это сделала? Для других, для тех, кто в это верит? Чтобы восстановить их против меня?


read2read.net / Проза / Проза / Поэзия / Драматургия / / Ануй Ж. / Книга «Антигона»

Поделитесь ссылкой в социальных сетях: