read2read.net / Проза / Проза / Поэзия / Драматургия / / Ануй Ж. / Книга «Антигона»


Жан Ануй
Антигона

(сценическая редакция В. Агеева)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Антигона

Креон

Гемон

Исмена

Эвридика

Кормилица

Стражники

Хор

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

При поднятии занавеса все ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА на сцене.

Они разговаривают, вяжут, играют в карты.

От них отделяется ХОР и выходит вперед.


ХОР. Я мог бы жить и по ту сторону перегородки, разделяющей положительное и отрицательное. В общем-то, мне кажется, что я поднялся над такими разделениями и создаю некую гармонию двух этих начал, выраженную пластически, но не в категориях этики. Говоря по существу, мы, конечно, еще не начинали жить. Мы уже не животные, но, несомненно, еще не люди. С той поры, как возникло искусство, об этом твердил нам каждый великий художник.

Ну что ж, начнем, Эти персонажи сейчас сыграют перед вами трагедию об Антигоне. Антигона — маленькая худышка, что сидит вон там, уставившись в одну точку и молчит. Она думает. Она думает, что вот сейчас станет Антигоной, что из худой, смуглой и замкнутой девушки, которую никто в семье не принимал всерьез, внезапно превратится в героиню и выступит одна против целого мира, против царя Креона, своего дяди. Они думает, что умрет, хотя молода и очень хотела бы жить. Но ничего не поделаешь: ее зовут Антигоной, и ей придется сыграть свою роль до конца… С той минуты, как поднялся занавес, она чувствует, что с головокружительной быстротой удаляется от сестры Исмены, которая смеется и болтает с молодым человеком; от всех нас, спокойно глядящих на нее, — мы ведь не умрем сегодня вечером.

Юноша, беседующий с белокурой счастливой красавицей Исменой, — Гемон, сын Креона. Он жених Антигоны. Все влекло его к Исмене: любовь к танцам и играм, желание счастья и удачи и чувственность тоже, ведь Исмена гораздо красивее Антигоны. Но однажды вечером на балу, где он танцевал только с Исменой, которая была ослепительна в своем новом платье, он отыскал Антигону, мечтавшую, сидя в уголке, — в той же позе, что и сейчас, обхватив руками колени, — и попросил ее стать его женой. Почему? Этого никто никогда не мог понять. Антигону это удивило, она подняла на него свои серьезные глаза и, грустно улыбнувшись, дала свое согласие… Оркестр начинал новый танец. Там, в кругу других юношей, громко смеялась Исмена. А он, он теперь должен был стать мужем Антигоны. Он не знал, что на свете никогда не будет мужа Антигоны и что этот высокий титул давал ему лишь право на смерть.

Крепкий седой мужчина, о чем-то размышляющий, рядом с которым стоит юный прислужник, — это Креон. Он царь. Лицо его в морщинах, он утомлен; ему выпала нелегкая роль — управлять людьми. Раньше, во времена Эдипа, когда он был всего лишь первым вельможей при дворе, он любил музыку, красивые переплеты, любил бродить по антикварным лавочкам в Фивах. Но Эдип и его сыновья умерли. Креон бросил свои книги и безделушки, засучил рукава и стал на их место.

Иной раз вечером он чувствует усталость и спрашивает себя, не бесполезное ли это занятие — управлять людьми? Не лучше ли поручить эту грязную другим, тем, которые не привыкли много раздумывать… Но утром перед ним снова возникают вопросы, которые требуют срочного решения, и он встает, спокойный, как рабочий на пороге трудового дня.

Пожилая женщина, что стоит рядом с кормилицей, воспитавшей обеих сестер, и вяжет, — это Эвридика, жена Креона. Она будет вязать на протяжении всей трагедии, пока не наступит ее черед идти умирать. Она добрая, любящая, полна достоинства, но не может быть мужу подмогой.

Наконец, трое мужчин, играющих в карты, сдвинув шапки на затылок, — это стражники. Они, в сущности, неплохие парни; у каждого из них, как у всех людей, есть жена, дети, мелкие заботы, но уже будьте спокойны, они в любую минуту схватят обвиняемых. Но сейчас они служат Креону — до тех пор, пока новый владыка Фив, должным образом облеченный властью, в свою очередь не прикажет арестовать его.

А теперь, когда вы познакомились со всеми героями, мы приступим к трагедии. Она начинается с момента, когда сыновья Эдипа, Этеокл и Полиник, которые должны были поочередно, в течение года каждый, править Фивами, вступили в борьбу и убили друг друга под стенами города. Этеокл, старший, по окончании срока своего правления отказался уступить место брату. Семь чужеземных царей, которых Полиник перетянул на свою сторону, были разбиты перед семью вратами Фив. Теперь город спасен, враждовавшие братья погибли, и Креон, новый царь, повелел старшего брата, Этеокла, похоронить торжественно, с почестями, а тело Полиника, это бунтовщика, бродяги, бездельника, не оплаканное и не похороненное, оставить на растерзание воронам и шакалам. Всякий, кто осмелится предать его земле, будет безжалостно осужден на смерть.


Пока ХОР говорит, ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА одно за другим покидают сцену. ХОР тоже скрывается. Освещение на сцене меняется. Мертвенно-бледный рассвет проникает в спящий дом. 

АНТИГОНА приоткрывает дверь и выходит на цыпочках, босиком, держа сандалии в руках. На мгновение она останавливается, прислушивается.

Появляется КОРМИЛИЦА.


КОРМИЛИЦА. Откуда ты?

АНТИГОНА. С прогулки, няня. До чего же было красиво! Сначала все кругом серое… Но сейчас — ты представить себе не можешь — все стало розовым, желтым, зеленым, словно на цветной открытке. Нужно вставать пораньше, няня, если хочешь увидеть мир без красок. (Собирается уйти.)

КОРМИЛИЦА. Я встала, когда было еще совсем темно, пошла в твою комнату посмотреть, не сбросила ли ты во сне одеяло, глядь — а постель пуста!

АНТИГОНА. Сад еще спал. Я застала его врасплох, няня. Он и не подозревал, что я любуюсь им. Как красив сад, когда он еще не думает о людях!

КОРМИЛИЦА. Ты ушла. Я побежала к дверям: ты оставила их полуоткрытыми.

АНТИГОНА. Поля были мокрые от росы и чего-то ожидали. Все кругом чего-то ожидало. Я шла одна по дороге, звук моих шагов гулко отдавался в тишине, и мне было неловко — ведь я прекрасно знала, что ждут не меня. Тогда я сняла сандалии и осторожно проскользнула в поле, так что оно мне не заметило.

КОРМИЛИЦА. Придется тебе вымыть ноги, прежде чем ты ляжешь в постель.

АНТИГОНА. Я больше не лягу.

КОРМИЛИЦА. Но ты ведь поднялась в четыре часа! Даже четырех не было!

АНТИГОНА. Если каждое утро вставать так рано, наверно, всегда будет так же приятно выйти первой в поле. Правда, няня?

КОРМИЛИЦА. Утро? Была еще ночь! Ты думаешь, обманщица, так я тебе и поверю, что ты ходила на прогулку! Отвечай, где ты была?

АНТИГОНА(со странной улыбкой). Да, правда, была еще ночь. Только одна я в полях и думала, что уже утро. Это чудесно, няня! Сегодня я первая увидела, как настал день.

КОРМИЛИЦА. Ты была на свидании.

АНТИГОНА(тихо). Да, я была на свидании.

КОРМИЛИЦА. У тебя есть возлюбленный!

АНТИГОНА(странным тоном, после паузы). Да, няня, у меня есть возлюбленный. Бедняга!

КОРМИЛИЦА. Боже милосердный! Я думала, что ты вырастешь честной девушкой! Но это даром тебе не пройдет, моя милая! Твой дядя, твой дядя Креон все узнает, будь уверена!

АНТИГОНА(устало). Да, няня, узнает. Оставь меня в покое.

КОРМИЛИЦА. А Гемон, твой жених? Ты же обручена с ним! Хороша невеста вскакивает в четыре утра и бежит на свидание к другому! Знаешь, что я должна была бы сделать?

АНТИГОНА. Не кричи так, нянечка. Не сердись на меня сегодня.

КОРМИЛИЦА. Не кричи? Так мне вдобавок и кричать нельзя? Вот как! А обещание, которое я давала твоей матери! Знаешь, что она сказала бы, будь она здесь? «Старая дура — да, старая дура, — ты не сумела сохранить мою девочку чистой. И кричала ты на них, и ворчала словно сторожевой пес, и кутала их, чтобы не простудились, и гоголь-моголем пичкала, чтобы были здоровыми; но в четыре часа утра ты, спишь, спишь как сурок, хоть не имеешь права глаз сомкнуть, и они преспокойно удирают, ты приходишь к ним в комнату, а постель давно уже остыла…». Вот что скажет твоя мать, когда я увижу ее на том свете, и мне станет стыдно. Я только опущу голову и скажу: «Да, все это правда, госпожа Иокаста!»

АНТИГОНА. Няня! Ты сможешь смело глядеть в глаза моей матери, когда увидишь ее. И она скажет: «Здравствуй, няня, спасибо тебе за маленькую Антигону. Ты хорошо заботилась о ней». Мама знает, почему я уходила сегодня утром.

КОРМИЛИЦА. Так у тебя нет возлюбленного?

АНТИГОНА. Нет, нянечка.

КОРМИЛИЦА. Ты что, смеешься надо мной? А если бы ты меня любила, ты сказала бы мне правду. Почему твоя постель была пуста, когда я пришла подоткнуть одеяло?

АНТИГОНА. Нянечка, пожалуйста, перестань. Все это глупости. Я чиста, у меня нет другого возлюбленного, кроме Гемона, моего жениха, клянусь тебе. Я даже могу поклясться, если хочешь, что у меня никогда не будет другого возлюбленного.


read2read.net / Проза / Проза / Поэзия / Драматургия / / Ануй Ж. / Книга «Антигона»

Поделитесь ссылкой в социальных сетях: